Недоверие к доллару вылилось в апокалипсис на рынке золота

То, что произошло на минувшей неделе с котировками драгоценных металлов, участники мировых финансовых рынков будут помнить очень долго. В США, где находился эпицентр событий, об этом эпизоде напишут книги и снимут фильмы. А мы попробуем по горячим следам проанализировать, что это было.

Для начала несколько цифр, которые помогут оценить масштаб события. Падение на рынке драгметаллов началось в четверг 29 января, а в пятницу 30-го приобрело обвальный характер.

По итогам торгового дня котировки золота просели на 9% (рынок спот), а апрельский фьючерс на золото на американской бирже COMEX рухнул на 11,4%.

Для золота это худший день с 1983 г. (тогда 28 февраля котировка упала на 9,6%), а еще хуже было лишь дважды в истории, оба раза — в 1980-м (падение на 10,8 и 17,4%)­.

Обвал на рынке серебра выглядит еще более впечатляюще. По итогам пятницы котировки рухнули на 26,3%. Это второй худший торговый день в истории; печальнее было только 27 марта 1980-го — минус 30,8% (приведенная историческая статистика позаимствована у экономиста Павла Рябова, ТГ-канал Spydell)

Напомним: начало 1980-х оказалось особенно негативным периодом для золота и серебра. Это были годы, когда после десятилетия «Великой инфляции» 1970-х и соответствующего разгона цен на драгметаллы американские власти взялись бороться с инфляцией с помощью сверхвысоких процентных ставок. В результате экономика свалилась в рецессию, безработица превысила 10%. Но инфляция стала снижаться, и доверие к американскому доллару восстановилось.

Когда стало понятно, что американские власти за инфляцию взялись всерьез, цены на золото и серебро рухнули и потом оставались низкими еще долгие годы. Так что, если не считать этого «специфически негативного» для драгметаллов исторического периода, нынешний обвал их котировок можно считать беспрецедентным.

Пятничному апокалипсису на рынке драгметаллов предшествовало не менее эпичное ралли. Для золота оно началось примерно в августе 2025 года. На тот момент котировки золота колебались в диапазоне $3300−3400 за тройскую унцию. Далее наблюдался уверенный и довольно ровный рост котировок; к концу года они достигли диапазона $4300−4400 за унцию.

Однако в нынешнем январе рост цены золота резко ускорился и к концу месяца вышел на «параболическую» траекторию. Так, первая торговая неделя текущего года закрылась на уровне $4508, вторая — $4582, третья — $4983 за унцию, а в четверг 29 января (внутри дня) был установлен исторический максимум $5595 за унцию.

После обвала в пятницу золото закрыло торговую неделю на уровне $4849 за унцию (что всё еще значительно выше, чем было в начале года).

По серебру картина гораздо более яркая. Котировки этого металла прошлым летом колебались на уровнях чуть ниже $40 за унцию — значительно ниже исторического максимума (порядка $50 за унцию), установленного в январе 1980-го. В сентябре была преодолена отметка $40 долларов за унцию — впервые с 2011 г., а в октябре обновился исторический максимум.

Затем, после короткой передышки запустился «параболический» рост: траектория цены серебра на графике, начиная с середины ноября, имеет четкую форму параболы.

К концу года котировки доросли до $70 за унцию; первая неделя 2026 г. закрылась на уровне 80, вторая — на 89, третья — на 102, а в четверг 29 января (внутри дня) был установлен исторический максимум: $121 за унцию. Произошедший в минувшую пятницу обвал обрушил котировку серебра до уровня $83 за унцию по закрытию торгового дня; в моменте было еще ниже — $74 за унцию.

Два других металла, которые также принято относить к драгоценным: платина и палладий — демонстрировали похожую динамику, с резким взлетом в последние месяцы и обвальным падением в минувшую пятницу.

Столь мощные амплитуды движения котировок крайне нетипичны для рынка драгметаллов. Это больше похоже на рынок крипты, причем на самую «мусорную» его часть — так называемые скамкоины.

Так что же произошло? У ралли на рынке драгметаллов была фундаментальная основа — постепенная эрозия доверия инвесторов к американскому доллару и ко всем остальным фиатным (то есть ничем не обеспеченным) валютам. «СП» подробно разбирала это в статье, приуроченной к достижению золотом казавшегося на тот момент фантастическим уровня $4000 за унцию.

Но помимо фундаментальных причин была также и роль спекулятивного фактора. Понятно, что любой растущий актив привлекает спекулянтов. Так было и сейчас.

Роль спекулянтов в ралли драгметаллов со временем становилась всё более значимой. К январю она стала определяющей. Геополитическая напряженность (Венесуэла, Гренландия, Иран) еще больше взвинтила спекулятивные настроения.

Что касается завершающей стадии ралли на прошлой неделе, то вертикальный рост и падение котировок было вызвано, главным образом, принудительным закрытием позиций спекулянтов, принявших на себя избыточный риск.

Сначала обнулили «шортистов» (то есть тех, кто играл на понижение и по сути как бы имел «отрицательное количество» актива), а потом и тех, кто покупал активы «в лонг» со слишком большим плечом (то есть с большой долей заемных средств).

Это уже чисто спекулятивная история, хотя на сей раз все было гораздо более мощно, чем мы привыкли видеть на «респектабельных» финансовых рынках.

Есть версия, что экстраординарно мощная динамика обвала котировок, особенно по серебру, была следствием скоординированной атаки крупных американских банков, выступающих в качестве маркет-мейкеров на фьючерсной бирже COMEX.

Обычно (почти всегда) эти банки держат шорт-позицию по золоту и серебру, поэтому в последний торговый день месяца им надо было обрушить котировки, чтобы не признавать больших убытков в отчетности.

Плюс к тому, обвал котировок в последний день недели и месяца очень сильно влияет на конфигурацию графиков технического анализа, на основе которых большинство спекулянтов принимает торговые решения. А значит, видя «сломанные» графики (на недельном и месячном масштабе), массовый спекулянт будет теперь ожидать дальнейшего снижения котировок, и они действительно продолжат падение.

В пользу версии о манипуляции рынка серебра крупными банками говорит динамика их агрегированной позиции на бирже COMEX за последние полгода. Воспользуемся данными из ежемесячного Bank Participation Report, он дает агрегированную позицию банков по состоянию на первый (или в случае государственных праздников — на второй) вторник каждого месяца.

Как уже сказано, крупные американские банки (типа JP Morgan) почти всегда держали по драгметаллам шорт-позиции. Они их увеличивали, если цена шла вверх, тем самым останавливая и разворачивая это движение. Такими манипуляциями достигались сразу две цели: во-первых, не дать цене расти (чтобы рост цен драгметаллов не подрывал фиатную финансовую систему) и во-вторых, получить прибыль в процессе этого.

Однако, вопреки прежней практике, минувшей осенью при росте котировок крупные банки не только не пытались набирать новые шорт-позиции, но и постепенно закрывали имеющиеся и даже открывали позиции для игры на повышение (в лонг).

Так, на 8 августа у американских банков в совокупности было на COMEX 32,5 тыс. контрактов в шорт, и 6,5 тыс. контрактов в лонг. А по состоянию на 6 января текущего года (последние доступные данные) их шорт-позиция сократилась до 15 тыс. контрактов, а лонг-позиция выросла до 16 тыс. контрактов.

Таким образом, действия маркет-мейкеров, избавляющихся от своих убыточных шорт-позиций, могли внести дополнительный импульс в рост котировок.

На завершающем этапе нынешнего ралли, когда котировки уже росли «автоматически» на принудительном закрытии шорт-позиций спекулянтов, крупные банки могли начать масштабно открывать новые шорт-позиции и тем самым дать мощный импульс лавине обвала котировок.

Мы пока не имеем биржевой статистики, чтобы подтвердить или опровергнуть эту версию, но выглядит она весьма убедительно.

---

Авторская версия статьи специально для «СП»

---

Последние новости о банках, банковских картах, сбережениях и финансовых рынках, — в теме «Свободной Прессы».